Проза Владимира Вейхмана
Главная | Регистрация | Вход
Четверг, 17.10.2019, 13:04
Меню сайта
!
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Ленин и мальчик Коля

Глава из повести
"Воскреснет ли старый комендант?"


После июльских событий 1917 года временное правительство издало постановление об аресте В.И. Ленина и других деятелей большевистской партии. Ленин не явился на суд, а укрылся вместе с Г. Зиновьевым на станции Разлив, сначала на сеновале Н.А. Емельянова, а затем в шалаше за озером. В комментариях к воспоминаниям о Ленине, изданным в 1990 году, есть такая справка: 

«Емельянов Николай Александрович (1871-1958) – рабочий, член партии с 1904 г. Участник трех революций. После февральской революции – деятель Петроградского Совета. В июле-августе 1917 г. у него в Разливе скрывался В.И. Ленин. Участвовал в штурме Зимнего дворца. В 1919 г. – председатель исполкома Сестрорецкого Совета. В 1921 г. участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа. В последующие годы – на хозяйственной работе».


События лета 1917 года легли в основу повести Э. Казакевича «Синяя тетрадь». Уже на первой ее странице появляются четверо из семи сыновей Н.А. Емельянова:

«Емельянов сложил весла, мгновение посидел, прислушиваясь, потом встал, шагнул на берег и вытянул за собой лодку. Коля выскочил… Емельянов окинул хозяйским взглядом людей, лодки, озеро и кивнул Ленину:


- Двинулись.

Он пошел вперед, Ленин за ним. Зиновьев и сыновья Емельянова – Коля, Александр, Кондратий и Сергей – пристроились следом друг за дружкой…»

Ленин в парике (Разлив, 1917 г.)


Среди мальчиков неспроста первым упоминается Коля – один из главных героев повести, который и в реальной жизни сыграл заметную роль в обеспечении безопасности вождя большевиков.

«Сын Емельянова, мальчик лет 12-13 в поздний час с удовольствием согласился отвезти нас к Владимиру Ильичу. Пройдя закоулками до берега залива, мы спустили в воду лодку и, я на веслах, мальчик на руле, поплыли среди зарослей при лунном свете к месту жительства товарищей Ленина и Зиновьева. После путешествия около получаса по заливу и десятиминутной ходьбы среди болотного кустарника мы подошли к огромному стогу сена, сложенному на прогалине.

После данного мальчиком сигнала к нам вышли два человека…»


(А Шотман. Ленин в подполье. 1924 г.)

Ленин – литературный герой – шутливо предрекал судьбу Коли Емельянова и его братьев:

«Кондратия, недавно увлекшегося анархизмом и похаживающего в анархистский клуб, он прочил в генералы будущей пролетарской армии или, "еще лучше, в адмиралы революционного флота: море рядом, отец – почти моряк, отлично знает Финский залив. Да, будешь адмиралом!” Александра, паренька умного и смышленого, лучшего помощника матери, он определил в инженеры ("Почему же нет? Управлять будут рабочие!”), в управляющие гигантского завода земледельческих орудий, "который мы обязательно построим. Будешь выпускать железные плуги и тракторы (не знаешь, что это? Это американские машины для быстрого и легкого возделывания земли). Они перепашут всю русскую землю, сравняют все межи”. Коля, с его вдумчивыми и ясными глазами, будет ученым, который придумает аэроплан для полета на Луну и первым же туда полетит…»

Когда революция победила, Ленин не забыл заслуги братьев Емельяновых и их отца. Он рекомендовал для поступления в военное училище Александра Емельянова, прошедшего фронты гражданской войны. В 1921 году Ленин писал Э. Склянскому, заместителю председателя Реввоенсовета:


«Тов. Кондратий Емельянов, красноармеец…, просит меня отозвать его из части и позволить ему поступить в Военно-инженерную академию в г. Петрограде…

Я лично знаю т. Кондратия Емельянова и всю семью Емельяновых (из лучших питерских рабочих-большевиков "старой гвардии” и потому прошу Вас (если не имеете особых возражений) исполнить просьбу тов. Кондратия Емельянова и дать соответствующее распоряжение…»


Н.А. Емельянова Ленин рекомендовал на заграничную работу:

«Прошу оказать ему полнейшее доверие и всяческое содействие… Считаю крайне, крайне необходимым ввести его поближе в дела Внешторга, ибо за границей среди служащих Внешторга нам недостает опытных партийных людей…». и еще: «Я лично знаю Николая Александровича очень хорошо и уверен, что этого товарища, абсолютно честного, преданного коммуниста, с громадным житейским, заводским и партийным опытом можно и должно использовать для чистки авгиевых конюшен воровства и саботажа заграничных чиновников Внешторга».

А 17-летний Сергей Николаевич погиб в 1919 году при штурме Перекопа…

Мне кажется, что кульминация повести Э. Казакевича – в сцене встречи ее героев с мирком пошлости и похабщины, приблизившимся на лодках с дачниками к берегу, где Ленин и Коля одевались после купания:


«"Германщики-чики,

Шпионщики-чики,

Вильгельмовы трепачи!”

…Коля все не переставал восхищаться тем, как Ленин плавает, и по этой причине еще больше негодовал на дачников за их частушку о "шпионщиках-чиках”, и ему казалось, что эти частушки больно задели Ленина, и ему было жаль Ленина, и от этого он готов был заплакать в темноте.

Ленин же думал совсем не о том. Он думал о том, что делать революцию и строить социализм так или иначе придется также и с этими маленькими людьми, которые пели и визжали в лодках, что нельзя сделать специальных людей для социализма, что надо этих переделать, надо будет с этими работать, ибо страны Утопии нет, есть страна Россия. Это будет нелегко, трудно, чертовски трудно, труднее, чем сделать самое революцию, но другого выхода нет; потом подрастут такие, как Коля, с ними будут свои трудности, но все-таки с ними будет легче. Он положил руку Коле на плечо, и Коле показалось, что Ленин понял, о чем он, Коля, думает, и от этого у Коли сжалось сердце».


Подрастут такие, как Коля…

Думал ли Ленин, когда в Разливе писал статью «Уроки революции», что его слова окажутся пророческими для иной уже эпохи: «Арестуют большевиков, часто не предъявляя никаких обвинений или предъявляя обвинения явно клеветнические»?

В повести Казакевича Ленин говорит: «Сталин дельный и твердый человек».

Старый большевик П.А. Залуцкий, один из лидеров «новой оппозиции», в 1927 году обвинил Сталина и его ближайших сторонников в поддержке «чиновничье-аппаратских элементов», писал, что «этот аппарат готов пойти на все ради сохранения своих привилегий», утверждал, что «Сталин несостоятелен как вождь и теоретик», что в стране «преуспевает безыдейное ловкачество, стяжательство и угодничество, а все партийно-правильное, талантливое, сильное, яркое отметается».

Братья Емельяновы поддержали «новую оппозицию».

В 1927 году Александра Емельянова исключили из партии; через три года, после покаянного заявления, восстановили. Кондратий также был исключен из партии «как разделяющий взгляды зиновьевской оппозиции», но его просьбы о восстановлении в партии неизменно отклонялись.

Кондратия и Александра Емельяновых арестовали в конце 1934 года. Кондратий тогда работал помощником главного инженера «Мосжилстроя», Александр – директором лечебного хозяйства Сестрорецкого курорта. В это же время на московской квартире был арестован и Николай Александрович. Особое совещание осудило его на 10 лет тюрьмы, и только по заступничеству Крупской это наказание было ему заменено пятью годами ссылки. Отрекся от старого революционера его родной брат Василий:

«Когда мне стало известно, что старший брат, работая и проживая в Москве, плетется вместе с оппозиционерами и контрреволюционерами, я возмутился и немедленно написал ему письмо, в котором разоблачил вылазки оппозиционеров, предлагал опомниться и оставить шайку негодяев, он же не дал на письмо мне ответа и не встал на правильный путь, за что был выслан вместе со своими двумя сыновьями-контрреволюционерами».

В повести Казакевича звучит евангельская тема предательства: «Ленин прислушался к дыханию Зиновьева и с внезапной горечью подумал: "Неужели мне предстоит и такое? Как там сказано? «Не успеет трижды пропеть петух…”» Каким трагическим изломом отличается жизнь от литературного вымысла! Не литературный Зиновьев отрекся от литературного Ленина, а брат отрекся от родного брата…

Марию Петровну Емельянову, жену «врага народа» Александра, вышвырнули из Разлива с двумя малолетками. После многих мытарств они встретились с мужем в омской деревне, а потом к ним присоединился и отец, отбывший ссылку в Удмуртии.

Кондратий и Александр Емельяновы в январе 1935 года в числе 77 человек были осуждены за принадлежность к «ленинградской контрреволюционной зиновьевской группе Сафарова, Залуцкого и других» и «причастие к убийству С.М. Кирова» – по ленинскому определению, «обвинение явно клеветническое». Тем более что никаких конкретных, юридически обоснованных обвинений им не предъявлялось, обвинительное заключение не составлялось. Да и сам термин «осуждение» применительно к этому «уголовному делу» весьма условен, поскольку никакого суда не было, а было постановление особого совещания при НКВД СССР в составе наркома Г. Ягоды, его первого заместителя Я. Агранова, заместителей Г. Прокофьева и Л. Бельского, прокурора СССР И. Акулова, ответственного секретаря П. Буланова. Вскоре с этими судьями поступили по невольному, опять-таки, ленинскому пророчеству: «…арестовать паршивых чекистов и привезти в Москву и их расстрелять» (из письма Г. Чичерину, 1921 г.).

Кондратий и Александр Емельяновы были заключены в концлагерь сроком на 4 года.

Александр Емельянов находился в тюрьме и ссылке до 1953 года.

В 1989 году в газете «Сельская жизнь» была опубликована статья И. Селиванова «Емельяновы, которых знал Ленин». В ней упоминается о Николае Емельянове-младшем – том самом мальчике Коле из повести Казакевича. Автор сообщает, что Николая, работавшего на строительстве московского метрополитена, арестовали в сентябре 1935 года. Судьба его неясна: «Кондратий и Николай – расстреляны при загадочных обстоятельствах, якобы при попытке к бегству». Участь Кондратия вскоре стала известна из материалов комиссии политбюро ЦК КПСС под председательством А.Н. Яковлева: 16 декабря 1937 года К.Н. Емельянов по постановлению «тройки» УНКВД по Архангельской области был расстрелян. Не довелось ему стать адмиралом революционного флота…

Когда на одном из 1187 листов четырехтомного следственного дела № 176, архивный номер Р-7735, полученного из Омского филиала Центрального архива, мне в первый раз встретилась фамилия «Емельянов», ничто не задержало моего внимания, разве что должность до ареста: «Работал начальником транспорта строительства метро, г. Москва». Это при «узкой» специальности – кинооператор. Впрочем, какие только профессии не встречаются у проходящих по этому делу «заключенных-троцкистов»! И вдруг – протокол допроса:


«1937 августа мес.. 26 дня, я, опер. уполномоченный 4 отдела УГБ УНКВД по ДС Смертин, допросил в качестве…(в качестве кого – не указано. – В.В.).

Фамилия: Емельянов

Имя и отчество: Николай Николаевич

Дата рождения: 1904 г.

Место рождения: г. Сестрорецк».


Пишу на полях своей тетради: «Не сын ли Емельянова, который прятал Ленина в Разливе?» Дома проверяю по той же «Синей тетради»: фамилия, имя отчество совпадают, но, все-таки, - а если это совпадение случайно? Нет, нужны более веские доказательства.

Продолжаю просматривать документы: справки, показания свидетелей, протоколы допросов… Нашел!

«З/к Беленький продолжал говорить, что… среди троцкистов есть даже люди, которые когда-то скрывали Ленина, а сейчас их за то, что они скрывали Ленина, водворили в заключение – в лагерь» (из показаний на допросе 16 декабря 1936 г. заключенного Голубева Виктора Николаевича).

Из 37 заключенных, проходящих по делу, только к Н. Емельянову могли относиться эти слова.

В деле подшита выписка из протокола особого совещания при НКВД СССР от 9 мая 1935 г.: «Слушали: 87. Дело № 778 о Емельянове Николае Николаевиче, 1904 г.р.

Постановили: Емельянова Николая Николаевича за к.-р. агитацию заключить в исправтрудлагерь сроком на три года, считая срок с 27/3-35 года. Дело сдать в архив».

Вопросы и ответы единственного допроса Н.Н. Емельянова по делу № 176 уместились на одной странице:


«Вопрос. Принимали ли участие в к.-р. демонстрации з/к троцкистов в июле месяце 1936 г. в форме объявления голодовки 204-х троцкистов?

Ответ. Да, участвовал в голодовке, требовал улучшить бытовые условия и работу по специальности, голодал совместно с 204-мя троцкистами по причине невозможности выделиться самостоятельно, так как был под конвоем.

…Вопрос. Принимали ли Вы участие в забастовке группы троцкистов на командировке Спорный?

Ответ. Нет, не участвовал, участвовал в конфликте с лагерной администрацией, потому что из нашей группы двадцати человек начали снимать на общие работы.

Отказался я от работы с 5 ноября 1936 года, с половины дня не работал по 5 февраля 1937 года. Я считаю свой отказ от работы индивидуальным… Мне известно, что мой отказ от работы сопровождался отказом других заключенных барака № 9 и вылился в групповой…

Вопрос. Кто из заключенных, осужденных за КРТД, из числа находящихся на командировке "Спорная”, известны Вам, как противники партии и правительства, и считаете ли Вы себя их сторонником?

Ответ. Таких я не знаю».


И всё, больше Николая Емельянова никто ни о чем не спрашивал и никаких признаний в виновности в чем-либо не требовал.

Вот «документ», орфография которого сохранена:


«ХАРАКТЕРИСТИКА

з/к Емельянова Николая Николаевича г р 1904 ст КРТД ср 3 г.

Прибыл на под л/п Спорный ОЛТ УНТ 4/IX-36 г. С момента прибытия не однократно отказывался от предложенных ему разного рода работ с 5/XI категорически отказался от выхода на работу один из активных членов кр организации активно выступающие против соввласти партии один из инициаторов срыва лагдисциплины систематически увиливал от общественных ударников. В культурно воспитательной работе не участвовал по своему нежеланию игнорируя все мероприятия КВЧ ведя антисовецкую агитацию.

За время пребывания на под л/п имел 88 дней отказов от работы».


 …Приближается к развязке повесть Э. Казакевича.

Ленин «… неожиданно ускорил шаг, догнал Емельянова и тронул его за плечо.

- Ну, так, Николай Александрович, - сказал он. – Мало ли что приключится за суматохой. Значит, вот что. Передайте нижайший привет Надежде Кондратьевне, сыновья привет, а Коле – особый.

- Передам. Спасибо.

- Я очень благодарен вам и вашей жене за все. Причинил я вам немало хлопот. Не поминайте лихом».


Приближается к развязке и жизнь Коли Емельянова.

В июле 1917 года, скрываясь в Разливе, Ленин написал письмо в редакцию газеты «Пролетарское дело»: «…Никаких гарантий правосудия в России в данный момент нет… Ни о какой легальной почве, ни даже о таких конституционных гарантиях, которые существуют в буржуазных упорядоченных странах, в России сейчас не может быть и речи». Он как будто смотрел на 20 лет вперед.


«ВЫПИСКА

из протокола заседания тройки УНКВД по "ДС”

от 5/9-1937 года

Слушали: Дело № 176 УНКВД по "Дальстрою” по обвинению:

32. ЕМЕЛЬЯНОВА Николая Николаевича…

Обвиняется: активный член к-р троцкистской организации "боевой коллектив”, один из организаторов к-р троцкистской демонстрации и участник голодовки 204-х троцкистов; активный организатор и участник забастовки заключенных троцкистов, направленной к срыву плана; проводил пораженческую агитацию против соввласти и вел работу по объединению лагерников для активной борьбы в Севвостлаге.

Постановили: ЕМЕЛЬЯНОВА Николая Николаевича – РАССТРЕЛЯТЬ».

 
Эх, Ленин, Ленин! Ну и злую же шутку сыграла с ним история, обратив его оценку «капиталистического прошлого» в прогноз «социалистического будущего»:

«Для успеха такого дела, как систематическое подавление большинства эксплуатируемых, нужно крайнее свирепство, зверство подавления, нужны моря крови, через которые человечество и идет свой путь в состоянии рабства, крепостничества, наемничества». 

Это – из той самой синей тетради, из книги «Государство и революция», это написано тогда, в Разливе…

Вот и полетел мальчик Коля на Луну.

 
«Сов. секретно

АКТ

22 сентября 1937 года ДВК, гор. Магадан

Настоящий акт составлен в том, что согласно решения тройки УНКВД по "ДС” от 10 сентября 1937 года, утвержденного тройкой УНКВД по ДВК – приведен в исполнение приговор в отношении ЕМЕЛЬЯНОВА Николая Николаевича, 1904 г. р., ур. гор. Сестрорецка Ленинградской обл., осужденного к ВМУН – расстрелу.

Начальник 4-го отдела УГБ УНКВД по "ДС” (Мосевич)

И.О. коменданта УНКВД по "ДС” мл. лейтенант гос. безоп.

(Соколов)

Нач. внутренней тюрьмы УНКВД по "ДС” (Кузьменко)»


 Последняя подпись – очень разборчиво: «Кузьменков» –карандашом синего цвета. Этим карандашом подписаны все 27 актов о расстреле, датированных 22-м сентября. На другие дни Кузьменков использовал другие карандаши: акты о расстреле 8 заключенных, датированные 25 сентября, подписаны красным карандашом, а акты о расстреле оставшихся двух заключенных, датированные 1 и 26 октября – зеленым. Аккуратный и пунктуальный был человек – Кузьменков. И незлобивый. Во всех 37 актах машинистка напечатала его фамилию неверно, и ни в одном он не исправил ошибку, а только расписался разборчиво.

А Николаю Александровичу и Надежде Кондратьевне Емельяновым партия и правительство не остались в долгу за исковерканную жизнь, за обесчещенных и загубленных сыновей. «В связи с 50-летием общественно-политической деятельности и за заслуги перед революцией правительство наградило в 1954 году Николая Александровича Емельянова орденом Ленина, Надежду Кондратьевну Емельянову – Орденом Трудового Красного Знамени» (В.Е. Муштуков. Разлив. 1969).

Вот и заканчивается повесть Э. Казакевича, вот ее последние слова:


«Ленин приостановился, дождался Шотмана, и они пошли дальше: Емельянов и Рахья впереди, Шотман с Лениным сзади».

Всё, точка.

Насчет Емельянова все ясно.

«Кто такой Рахья? Это ему партия поручила охранять Владимира Ильича. В дни подготовки революции, когда Ильич был вынужден уйти в подполье, его охранял рабочий-большевик, финн по национальности, Эйно Абрамович Рахья… Помните, как Ленин перебирался из шалаша в Разливе в Финляндию? Его перевезли на паровозе под видом кочегара… Одним из сопровождающих его товарищей был Рахья. Ну и, конечно, все знают, как двадцать четвертого октября семнадцатого года Владимир Ильич из конспиративной квартиры направился в Смольный, чтобы возглавить революцию. И в этот раз рядом с ним шел Эйно Рахья».

(Михаил Шатров. День тишины)


«В.И. Ленин - В.И. Фомину

замнаркому п(утей) с(ообщения)

3.III.1919 г.

т. Фомин!

Рекомендую Вам т(овари)ща Эйно Рахья, финляндского коммуниста, давно мне известного (еще до Октябрьской революции). Прошу оказать ему полное доверие и помочь ему в его архиконспиративном деле.

С комм(унистическим) приветом

  Ленин»


 В 1936 году Эйно Рахья был расстрелян.

Александр Васильевич Шотман, рабочий-токарь, с 1899 года член Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», участник «Обуховской обороны» 1901 года; делегат многих партийных съездов, член ВЦИК и ЦИК СССР, и прочая, прочая… Расстрелян в 1937 году.

Ну, допустим, Ягода с Аграновым и сами немало крови пролили. Ну, скажем Шотман и Рахья, хоть и спасали Ленина, но ведь знали, на что шли. Революция, гражданская война – вообще кровавое дело. А Колю-то Емельянова – почему? Неужели он не заслужил – если не награды, то хотя бы пощады?..

И я представляю себе шалаш в Разливе. Рядом с шалашом, в густом кустарнике, Емельянов-старший расчистил для работы Ленину небольшую площадку, напоминавшую беседку из живого кустарника. Владимир Ильич сидит на чурбане, служащем табуреткой; у него на коленях синяя тетрадь. И Ленин отвечает мне строчками своей рукописи:

«Такая постановка вопроса была бы, во-первых, перенесением мещанских понятий о морали на пролетариат…; она была бы, во-вторых, - и это главное – мещанской попыткой затемнить посредством «морализования» политическую суть дела».

На главной площади страны, в ящике из пуленепробиваемого стекла напоказ всем выставлено набальзамированное тело Ульянова-Ленина. Но уже столько десятилетий нет покоя его мятежному духу:


«…Нужен ряд образцовых процессов с применением жесточайших кар… Новая экономическая политика требует новых способов новой жестокости кар»;

«…Тайно подготовить террор: необходимо - и срочно»;

«…сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал…»


 

Передо мной лежат две любительские фотографии. На одной из них – на фоне отдаленных сопок убогие строения, какие-то бревна, старые бочки, кусок троса… Надпись на обороте поясняет: «На месте бывшего мужского лагеря в п. Спорное сохранился один барак. На остальной территории из досок и бревен построены сараюшки и гаражи. Большая часть площади использована под огороды. 23.06.90 г. Клуб "Поиск”. Фото Т. Сергеевой». 

На второй фотографии – распадок, редкий кустарник, не то котельная, не то теплица… «Где-то здесь, в районе "Снежной долины” (недалеко от Магадана) хоронили бывших зеков (в т.ч. расстрелянных). Фото 1989 г., октябрь. Клуб "Поиск”, фото уч-ка 9 кл. Еремина Игоря». 


  Где-то здесь, на самом краю Земли, среди запустения и забвения, покоится прах Николая Александровича Емельянова – мальчика Коли…
 
Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Октябрь 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2019
    Сайт создан в системе uCoz